Любители статистики поинтересуются: а разве Бривибас и Маскавас не держат пальму первенства среди городских улиц? Нет. Бривибас на 4 километра уступает Яунциема гатве: ее длина - 12 километров. Маскавас – всего на несколько десятков метров меньше: 16 км 48 метров; потому в некоторых справочниках именно Московской улице и отведена роль лидера.

Как бы то ни было, Яунциемс отнюдь не «малопримечательные задворки, известные большим кладбищем», как пишут некоторые издания.

История поселка уходит в 1885 год, когда хозяин адажского поместья барон КАМПЕНАУС оборудовал на берегу Кишэзерса лесопильню и цех по выпуску фибровых чемоданов. (Такие потом выпускали и в советское время, с большими ручками.) Рядом построили дома для рабочих.

Перед Первой мировой выросло еще одно основательное предприятие - бумажная фабрика на 700 человек. Но раскрутиться она смогла уже после войны – в 1920-е. Хозяина «бумажки» – Яниса МИЛЬМАНА - латышский журнал IR называет самыми богатым довоенным предпринимателем Латвии.

Во всяком случае, по его официальной декларации и заплаченным государству налогах, а не по виллам и машинам, которыми обладал. Большинство довоенных газет было отпечатано на бумаге, выпускавшейся в Яунциемсе.

В 1944 году именно из этого района началось освобождение Риги от гитлеровцев. В ночь с 12 на 13 октября 60 амфибий Красной армии форсировали Кишэзерс и вышли на противоположный берег озера, у Межапарка. Немцы не ждали советских войск здесь и не сумели оказать сопротивление.
В 1974-м в честь 30-летия освобождения Риги главная улица поселка Яунциема гатве была переименована в 13 Октября.

В 1944 году бывший хозяин бумажной фабрики уехал за границу, но предприятие не заглохло. Напротив, нарастило обороты. Его расширили, реконструировали. Ваш автор знает об этом не по рассказам: в начале 1980-х работал журналистом газеты Latvijas papirnieks («Латвийский бумажник»), освещавшей производственную деятельность бумажной отрасли республики. Часто бывал и в Яунциемсе.

Тогда фабрику возглавлял энергичный руководитель Петр Егорович МАКАРОВ. Там выпускали этикеточную бумагу, блокноты. Уходила продукция и на экспорт. На фабрике трудились 500 человек. Для района это было градообразующее предприятие – предоставляло работу, строило дома. Не деревянные бараки, а каменные 4-этажные здания.

После развала Союза фабрика приказала долго жить. Позднее объявились наследники довоенного хозяина, пытались что-то оживить, но, как принято в современной Латвии, ничего у них не вышло. Будете проезжать по Яунциема гатве - посмотрите, во что превратилось некогда градообразующее предприятие.

Справедливости ради, и новые времена есть за что хвалить: появились централизованное водоснабжение и канализация, лучше стал работать общественный транспорт. Когда-то в поселок можно было добраться на единственном автобусе – 11-м, который ходил очень редко. Сейчас можно доехать и на 19-м, и на 29-м, который с Яунциемсом связал соседний Вецмилгравис.

Жаль только народу в районе остается все меньше: работы нет. Хотя такова участь не одного Яунциемса – в Латвии не осталось ни единого бумажного производства. Последнее закрылось в 2014-м – знаменитая Лигатненская бумажная фабрика, на которой в Советском Союзе печатали презентабельный энциклопедический словарь. А ведь бумажные предприятия существовали и в царское время, и в довоенное.

В 1910-м одних только целлюлозно-бумажных предприятий в Латвии насчитывалось 20, да еще десятки небольших бумажных производств. В 1920-1930-е, в послевоенные годы развитие шло по нарастающей. Фабрика в Яунциемсе – лучшая иллюстрация.

Во многих районах Риги энтузиасты создают сейчас общества развития своего района. Есть такое и в Яунциемсе – Jaunciema attistIbas biedrIba. Если зайдете на его портал, откроете много неожиданного. Вот, например, о военной поре (цитирую по оригиналу):

«12-13 октября 1944 года здесь происходили бои за Ригу, роли которой историки придерживаются разных взглядов, но в местах, где красноармейцы поднимались через Кисэзеры, с обеих сторон были установлены мемориалы – Межапарка и Яунциемс…»

А вот о послевоенном времени:

«Наряду с бумажной фабрикой сам Яунциемс вырос, и рабочие со всего Советского Союза были размещены здесь, формируя разнообразную этническую сцену».

И дело не в ошибках перевода, а в содержании, в том, что, например, в Яунциемсе «были размещены рабочие со всего Советского Союза, формируя разнообразную этническую сцену». То, что эти рабочие трудились на производстве, дававшем налоги республике и жизнь поселку, - с точки зрения нынешней официальной Риги, конечно же, мелочь. Оценка «патриотами» освобождения Риги от фашистов и установки мемориалов погибшим – тоже ни для кого не секрет. Позволяет лишний раз увидеть, кто есть кто...

В советское время некоторым жителям Вецмилгрависа в Яунциемсе выделяли садово-огородные участки. Люди завозили плодородную землю, возделывали огороды. Через годы на бывшем песчанике зацвели сады. Но после независимости у многих участков объявились довоенные наследники. Вишневые и яблоневые сады срубили, где-то появились коттеджи. Следуя логике Общества развития района, «сцена стала этнически более однородной», только много ли выиграл Яунциемс? Точно так же, как и вся страна...

кстати

Сужи и Букулты

Яунциема гатве проходит через населенные пункты Сужи, Букулты, каждый из которых тоже примечателен.
Историки полагают, что название Сужи - финно-угорского происхождения. На картах XVIII столетия это место обозначено Sussi, что по звучанию близко к эстонскому слову «волк».

В Букулты еще в 1297 году Ливонский орден построил мельницу на небольшой речушке. В отличие от Мюльграбенской мельницы (в Вецмилгрависе), она получила название Новая мельница (Neue Muhle). В 1900 году место получает новое название – Нейермюлен. А с 1929 года - Букулты.

Ливонский орден построил рядом с мельницей замок. В середине XVII века он был разрушен войсками царя АЛЕКСЕЯ МИХАЙЛОВИЧА во время штурма.

Нейермюлен долгое время считался воротами Риги. В 1697 году рижские ратманы встречали здесь Великое русское посольство во главе с ПЕТРОМ I, направлявшееся в Западную Европу. В 1764 году здесь же состоялась торжественная встреча императрицы ЕКАТЕРИНЫ II.

Мельница намного пережила замок. Ее жернова перестали крутиться в 1894 году. В 1903-м на месте Нейермюленской мельничной речки был прорыт Юглский (Букултский) канал...

Илья ДИМЕНШТЕЙН

Все фото – из архива