Главная финансовая разведчица уверена, что законы нужно соблюдать всем, но только не ей самой

Доходы Илзе Знотини за 2019 год:

Латвийский университет — гонорар 880 евро;

«Латвийский центр обучения судей» — гонорар 348 евро;

Совет присяжных нотариусов Латвии — гонорар 1294 евро;

SIA Rīgas Juridiskā augstskola другие доходы — 260 евро;

VSAA (бюджетные выплаты) — пособие 1611 евро;

SIA Katre — дивиденды 4631 евро;

Общество с полной ответственностью Delna un partneri — гонорар 1429 евро;

Служба финансовой разведки — зарплата 101 466 евро.

Какой-то остряк в интернете прокомментировал: «Неплохо устроилась – сто штук зарплата и еще халтурки». Но такие уж зарплаты у наших важных должностных лиц. Это же не какие-то там доктора или учителя, которые всячески ущемляются.

Руководитель важного учреждения получает достойную зарплату. Хорошо, что у нее остается время и на всякие дополнительные подработки, например, читать лекции судьям или почтить своим присутствием мероприятия соросовской организации Delna, получив за это 1489 евро. Для простого работяги это больше месячной зарплаты, но вряд ли Знотине пришлось зарабатывать эти деньги в поте лица, отложив основную работу – финансовую разведку.

Существуют способы подхалтурить, которые не запрещены, и если чиновник настолько гиперактивен, что справляется и с основной работой, и с дополнительными подработками, то упрекнуть не в чем – что не запрещено законом, то разрешено.

Но в декларации есть одна цифра и факт, который кажется более чем странным: дивиденды от SIA Katre 4631 евро.

Katre – фирма по юридическим услугам, основана в 2005 году, и Илзе Знотиня – ее единственный истинный выгодополучатель. Neatkarīgā попросила дать комментарий, чем занимается эта фирма, какие юридические услуги оказывает и кто ее клиенты. Не является ли работа на этом предприятии помехой для прямых должностных обязанностей Знотини? Существует ли возможность конфликта интересов, если Службе финансовой разведки придется принимать решения в связи с этим предприятием?

Две недели Знотиня ничего не отвечала, а потом через пресс-службу финансовой разведки сообщила, что Katre с 2014 года прекратила хозяйственную деятельность, о чем в соответствии с нормативными актами подано заявление в Службу госдоходов. С апреля 2017 года Katre вычеркнута из регистра плательщиков НДС и начался процесс ликвидации предприятия. Указанная в декларации Знотини сумма – это распределение накопленной до прекращения деятельности прибыли. Никакого конфликта интересов нет.

Как-то так вышло, что Neatkarīgā получила ответы в тот же день, когда в Регистре предприятий была сделана отметка о начале процесса ликвидации. На должность ликвидатора предприятия Знотиня назначила саму себя.

Тогда и ответственное, а заодно снабженное соответствующими инструментами учреждение, наконец, заметило, что с «забывчивостью» Знотини что-то не так. Портал Pietiek сообщил, что Бюро по борьбе с коррупцией (KNAB) начал проверку возможного правонарушения Знотини – не только того, что она «забыла» указать в декларации должностного лица должность члена правления в принадлежащем ей предприятии по юридическим услугам, но и то, что она занимала эту должность еще два года после того, как получила пост главы СФР.

Надеемся, что теперь дело в надежных руках и будет рассматриваться объективно. Будем надеяться, что это не тот случай, когда по принципу ворон ворону глаз не выклюет одно деликатное учреждение закроет глаза на то, что сделала начальница другого деликатного учреждения.

Ситуация намного серьезнее, чем это хочется представлять самой Знотине и правящей коалиции. Служба финансовой разведки – это контора, которой боятся предприниматели и банкиры. Она без всяких объяснений может заморозить счета, послать полицию в масках и с наручниками.

Руководителю такого учреждения нужно быть примером кристальной чистоты, чтобы все могли ему подражать. Имидж руководителя Службы финансовой разведки не должно запятнать ни единое пятнышко подозрений.

Сколько раз предприниматели или банкиры рыдали в мокрые подушки, когда по причине бухгалтерской ошибки им приходилось дорого платить и нести убытки. Достаточно неправильно указать какую-то сумму, забыть сделать изменения в учтаве, и тут же приходится открывать кошелек, платя штраф. И еще дрожать от страха, не дойдет ли до уголовного дела.

Начиная сделку с другим предпринимателем, ты не можешь твердо знать, не крутит ли твой партнер какие-то темные аферы по отмыванию денег, но вместе с ним и ты можешь попасть в темную зону с печальными последствиями.

В то же время суровым учреждением, которое следит за финансовыми сделками, руководит особа, которая сама может находиться в уязвимом положении как начальница и владелица предприятия. Два года она спокойно управляла службой и начала заниматься ликвидацией своей фирмы только тогда, когда об этом заговорили СМИ.

Не знаю, насколько осознанно, но Знотиня продемонстрировала тот же правовой нигилизм, которым страдает вся политическая элита страны. Люди уверены, что законы нужно соблюдать всем, но только не им самим.

Если некто – политический лидер или высокое должностное лицо, он начинает чувствовать вседозволенность – у него складывается впечатление, что та самая «забывчивость», которая простому смертному может стоить больших денег или даже свободы, к нему не относится.

Возможно, вскоре влиятельные политики примут законы, которые легализуют эту вседозволенность, и чиновники смогут не декларировать свои сделки, получат право спокойно соединять частный бизнес с госслужбой. Новая консервативная партия усердно работает в этом направлении, время от времени высказывая предложения снизить объем декларируемой чиновниками информации, пытаясь помешать работе журналистов и возможностям общества ознакомиться с доходами должностных лиц. Но пока что законы такие, какие есть, и соблюдать их должны все.

Перевод: freecity.lv