Краутманис: русские столько раз хотели быть лояльными, и каждый раз получали сапогом в лицо от мачехи-садистки Латвии

Ныне не прошло и двух недель, как на выдвинутого «Согласием» на пост президента священника Петериса Спрогиса надавили так, что он не выдержал и снял свою кандидатуру.

Что изменилось за десять лет, почему конкуренты «Согласия» так беспощадно уничтожили Спрогиса?

 Да вроде ничего. «Согласие» в Сейме по-прежнему сидит в оппозиции… Но изменилось само «Согласие». Латышские партии начали чувствовать дыхание конкурентов в спину. И, естественно, не желают пускать этого конкурента к кормушке.

Прежде у «Согласия» гирей на ногах висел договор с путинской «Единой Россией». Теперь договор прекращен. «Согласие» предприняла еще ряд мер, чтобы партию не могли упрекать в нелояльности к латвийскому государству. Партии помогают американские специалисты по пиару, проводившие кампанию республиканца Джона Маккейна. Возможно, что идея выдвижения баптистского священника в президенты – рекомендация американцев. Это был эффектный шаг, но американским специалистам не хватило понимания того  мира мифов и кошмаров, ненависти и страхов, что довлеет над латышским менталитетом. Американцы и представить не могли, в какой волчий капкан попадет Спрогис…

В итоге что бы «Согласие» ни делало, его ругают еще злее – и прокремлевским, и пророссийским, и всякими другими нехорошими словами.

Плохая новость в том, что у «Согласия» тоже есть избиратели. Их очень много, они граждане Латвии, которые вопреки печальному уровню жизни и открытым воротам на все четыре стороны, остались в своей стране, работают здесь, воспитывают своих детей и платят этому государству налоги. И все еще надеются, что это государство повернется к ним лицом, станет милой матушкой, а не мачехой-садисткой.

Однако царящая в стране власть все время старается затянуть у них на шее двойную петлю. Мало того, что им приходится терпеть все те же нелепости, что и этнически чистым, правильным латышам; мало того, что называющие себя либеральными политики каждый месяц принимают пачки законов «запретить», «ограничить», «наказать». Русскоязычным Латвии приходится еще и выдерживать постоянный языковой прессинг.

Ну, можно еще понять идею, что за государственный счет не надо финансировать школы и вузы на русском языке. Но вот Шадурскис добился запрета обучения на русском языке и в частных вузах. Это все равно, что государство ходило бы по квартирам и проверяла, какой суп семья варит ан обед, поднимая крышки кастрюль.

Естественно, слыша ежедневно, что впереди их ждет еще больше капканов, русские мрачнеют. Сколько раз они хотели быть лояльными и вылезти из трясины, столько раз получали удар ногой, сталкивавший их обратно. Если они слышат, что партия, за которую они голосуют, никогда не войдет в состав правительства, люди прячутся в свои коконы у телевизоров с российской пропагандой и точат зубы.

Куда в таком духе Латвия заедет в своем следующем столетии? Если повезет, то тектонически-этнической катастрофы не произойдет…

Но так или иначе такая политика не сделает нашу страну зажиточной, и не укрепит латышский язык и культуру.

Потому что недостаток демократии в итоге приводит к материальному упадку, а материально слабое государство несет потери и в культуре, и в духовной сфере.

Надо бы стать более дальновидными, но этот горизонт для наших политиков высоковат».