Курд Тарик вместе с женой и семью детьми стал одним из первых, получивших в Латвии статус беженца. Он, как и многие другие, осенью решил покинуть страну — и купил билет в Германию. «Сперва жена и дети уехали, после я отправился в Германию. Думал, может, там найду работу. Но и Германия не дает работу. Немцы говорят, что выданный в Латвии паспорт беженца позволяет работать только в Латвии. В Германии не удалось.

Немцы сказали, что с этим паспортом можно свободно путешествовать по всему Европейскому союзу, но работать нельзя. Поэтому я вернулся назад. Здесь жить дешевле, но вскоре пройдет уже год, и у меня больше не будет пособия беженца, и мы можем остаться на улице», — рассказал мужчина.

Уже на прошлой неделе Тарик отправился искать работу в несколько ресторанов быстрого питания. Вакансии там есть — но у мужчины нет достаточных знаний латышского языка. Вскоре пройдет год с момента получения статуса — и Тарик останется без пособия.

«Если в этом государстве приемлемо, что люди спят на улице, так и сделаем. Посмотрим, что со мной сделают. Я считаю, что человеку лучше умереть один раз, а не каждый день», — заявил мужчина.

Пока семья Тарика находится в Германии, он должен найти жилье — а потом и работу. Детям же из-за переезда придется в школе пропустить один год.

С точки зрения Тарика, со схожими проблемами столкнулись и другие семьи, которые в данный момент находятся в Германии. Ни этот мужчина, ни другие беженцы там не чувствуют себя счастливыми — не только из-за сложностей с работой.

«Германия очень большая. Встретить друг друга не удается. Вообще сложно. Более 60 человек, которые здесь получили статус беженца или альтернативный статус, уехали, потому что здесь они не могли выжить.

В Германии, если трудиться «на черном рынке», можно заработать как минимум на жизнь. Мы сейчас хотим жить в Латвии, и не уже богато жить, как вокруг говорят. Нам не нужно, чтобы нам принадлежали дом или машина. Но мы хотим жить. Все. Ничего больше», — рассказал Тарик.

Латвию в качестве дома для своих детей курд охотно выбрал бы еще и потому, что в Германии появляется чувство, что ты никому не нужен, добавил мужчина. Еще до отлета в Берлин в сентябре этого года он позвонил из рижского аэропорта и пообещал навестить всех, кто помог, например, с бытовыми предметами или едой.

«Да, я определенно очень скучал. Три месяца был в Германии, но мои друзья в Латвии. Часто созванивались, и я обещал, что приеду.

Я их воспринимаю как свою семью. На всех людей смотрю одинаково, потому что человек — это человек. Христиан или мусульманин, не имеет значения, главное, что ты в сердце хороший и можешь ужиться с другими людьми, и я с этими людьми могу ужиться», — рассказал мужчина.

Латвия взяла на себя обязательства в течение двух лет принять на своей территории свыше пятисот соискателей убежища. Их привозят из лагерей беженцев в Италии и Греции. Первые беженцы прибыли в феврале этого года.

Всего, как уже писал Rus.lsm.lv, только в рамках европейских квот на расселение лагерей в Греции и Италии Латвии предстоит принять чуть менее 800 человек, из которых 531 — в ближайшие полтора года.

На конец ноября в рамках европейской программы перемещения искателей убежища Латвия приняла 154 человек, и 63 из них получили статус беженца или альтернативный. Большинство из них страну, однако же, покинули, и вновь прибывающие, вероятнее всего, поступят также — если не будет изменена нынешняя система, не позволяющая людям элементарно выжить.

При этом за счет госбюджета жить в Латвии учат людей, которые, вероятнее всего, страну покинут — и не только тех, кто может уехать сами, как «плановые беженцы» из лагерей в Греции и Италии, но и тех, кто, вероятнее всего, будет депортирован. Каждый вызов ментора в Центр размещения беженцев стоит 50 евро, не считая расходов на переводчика.

Поиск жилья – одна из главных проблем, с которыми в Латвии сталкиваются соискатели убежища, уверена государственный секретарь Министерства внутренних дел Илзе Петерсоне-Годмане

МВД и Минблаг предлагают изменить порядок социальной поддержки обитателей центра «Муцениеки». В частности, выплачивать им в два раза больше денег в первые два месяца после получения статуса беженца. Впрочем, лишних денег не дадут.